↓ Комментарии ↓
нажми, чтобы увидеть последние комменты


Ёжик в тумане (сиквелл)

“По вечерам Ежик ходил к Медвежонку считать звезды. Они усаживались на бревнышке и, прихлебывая чай, смотрели на звездный путь неба…”
Ёжик в тумане

В очередной отвратительный вечер Ежик собрал последнее, что еще годилось в пищу и направился к Медвежонку. Они были друзья с детства. Коротая свой век в этой дыре вечерами они встречались и вспоминали былые времена, сидя на том, что когда-то именовалось верандой.


За много лет здесь все сильно изменилось…
Сегодня была очередь Ежика идти к Медвежонку. Моросил мерзкий мелкий дождь, но Ежик к нему уже привык . он лил почти все время . поэтому как обычно, погрузившись во что-то свое продирался через гнилые заросли. Он думал о Медвежонке. Последнее время тот вел себя очень странно . почти не разговаривал, порой исчезал из дома на несколько дней, а возвращаясь говорил. что он “просто гулял”. Это не было на него похоже.
Было уже довольно темно, и Ежик с трудом различал торчащие отовсюду корни, так и норовящие пропороть ему живот. Один из них все же вывел Ежика из задумчивости, разодрав ему лапу, за что был с ненавистью вырван из земли.
Перевязав лапу какой-то старой тряпочкой, Ежик оглянулся по сторонам.

Только сейчас он заметил, что стоит на краю поляны, которая утопала в зловонном тумане странного зеленоватого оттенка. Он проходил эту поляну тысячи раз, и знал каждую травинку на ней, но сейчас она выглядела иначе.
Секунду помедлив, Ежик сделал шаг в сторону зловещего мрака. Уверенно, но все же с некой осторожностью он начал погружаться в туман, пока не скрылся в нем весь. Все вокруг в тумане было одинаково, Ежик с трудом видел свои ноги. Из-за этого создавалось ощущение, что он топчется на одном месте.
Во мраке что-то зашуршало. Ежик остановился. Прислушался. Показалось . подумал было он, но звук повторился, и уже ближе. Нащупав в кармане старый ржавый нож Ежик направил его в темноту, туда, откуда доносился звук, и насторожившись стал ждать. Звук приближался. Из мрака на него вылетел гонимый ветром старый рваный пакет. “Что со мной творится – мешков боюсь”, – нервно отмахнувшись от пакета подумал Ежик.
Спрятав нож в карман он хотел было продолжить путь, но вдруг понял, что не знает, в какую сторону идти. Проклятый мешок сбил его с пути, что было совсем не кстати в таком тумане. Ежику стало не по себе. Это нельзя было назвать страхом, его было трудно напугать, но какое-то неприятное чувство все же царапало его изнутри.
Примерно прикинув откуда он пришел, Ежик все же двинулся дальше, теперь уже надеясь на удачу. И немного на Медвежонка. “Время уже далеко за полночь” – думал Ежик . “Медвежонок уже скоро выйдет с фонарем меня встречать. Хотя куда там, ему последнее время наплевать на меня. Спит наверное уже себе, и забыл, что я приду. А может не забыл, но все равно спит…”.
Ведомый такого рода мыслями Ежик прошел не малое расстояние, но туман, казалось, и не думал заканчиваться. Мало того, он обрел какую-то странную густую вонь, которая пробиралась в ноздри, и нещадно драла горло. Где-то рядом раздалось знакомое шуршание. “Летаешь, мусор? Думаешь . напугал, да?”
“Что за черт?” – в нескольких шагах от Ежика стояло странное, светящееся дерево. Он узнал это дерево, еще в детстве он проводил тут много времени. Однако теперь оно горело странным, нездорово-зеленым светом, и рядом с ним появлялось неприятное чувство, которое Ежик не мог описать. Он не понимал, что это такое, и у него не было ни малейшего желания узнавать это.
Ежик ускорил шаг, благо дорогу отсюда к дому Медвежонка он помнил отлично. Да и туман здесь начинал рассеиваться.
Вдали он увидел знакомые очертания дома Медвежонка. Ни в доме, ни на веранде света не было, что насторожило Ежика. Медвежонок даже спал со светом . это была привычка с детства. Если только куда-то ушел. Но куда он мог уйти в такое время?..
Подойдя к дому, на веранде, на столе Ежик увидел большой старый кофейник, и пустую чашку. Потрогал . еще теплая, значит кто-то недавно пил из нее кофе. Медвежонок? Вряд ли. Он не пьет кофе, да и держит его в доме только для Ежика.
Ежик дернул за ручку двери . открыто. Внутри было темно, очень душно, и запах… Запах, тот самый, что наполнял легкие в том тумане. По крайней мерее Ежику показалось именно так. Он прошел в единственную в доме, но довольно просторную комнату.
“Медвежонок…” – позвал Ежик. Его слова улетели во мрак и, отбившись о невидимое препятствие, до неузнаваемости искаженным эхом вернулись назад. Ежик медленно пошел дальше, разговаривая в темноте . “Медвежонок, ты не поверишь что я видел, там, в лесу… То наше дерево, помнишь, на опушке? Так вот, оно там… Тааам…”
В этот самый момент слова у Ежика встали комом в горле . он увидел Медвежонка. Тот сидел без движение в старом кресле, напротив окна, освещаемый лишь слабым светом луны. Его лицо было искаженно страшной гримасой ужаса. Его грудь была разодрана – в руке Медвежонок сжимал собственное сердце, с которого еще падали капельки крови…
Еще несколько минут Ежик стоял в оцепенении. Придя в себя, он развернулся, и, выйдя из дома быстрым шагом направился прочь. Поглощенный мыслями он добрался до своего дома и, не включая света, лег на кровать.
Он думал. Думал много и обо всем. Последнее время они с Медвежонком жили в этой глуши вдвоем. Одни. Большинство живущих неподалеку коснулась та же участь . их находили в своих же домах с собственными сердцами в руках. Ежик думал что с ним и Медвежонком это никогда не случится . “Но почему? Из-за чего? Вот почему он последнее время так странно себя вел.
Медвежонок знал, что с ним это тоже случится. Но откуда? Почему он не говорил мне? Может он не хотел чтоб я волновался за него? Да нет же, он всегда мне все рассказывал!”.
Еще долго Ежик лежал во мраке и думал. Но вопросов появлялось только больше. На этот раз Ежику стало по-настоящему страшно. Он остался один…

***

Поглощенный такими мыслями, Ежик не заметил как задремал. Проснулся он от странного звука, исходящего откуда-то со стороны кухни, как будто кто-то там тихо ходил. Сев на край кровати, Ежик прислушался… Показалось… Нет, опять, тот же звук! “Что за…? Сколько я спал?..” – по привычке он бросил взгляд на стоявший рядом старый будильник, не сразу вспомнив, что он уже давно не шел.
Снова звук… Ежик в глубине души мечтал чтобы все это ему снилось, но звуки не прекращались, хоть и были едва слышны, однако от смеси чувст страха и адреналина он слышал их очень отчетливо. Наконец он встал с кровати, и медленно, скрипя половицами гнилого пола, во мраке, пошел на звук. Прилив адреналина усиливался по мере приближения к дверям кухни, откуда доносился шорох который, казалось вот-вот заглушит звук стучащего в груди сердца.
“Сердце…” – с отврощением поморщился Ежик, смутно припоминая недавние события, пытаясь осознать, приснилось ему это или нет.
У дверей в кухню ежик взял со стола за горлышко помутневшую от времени бутылку, которая последние пару лет стояла там никем не тронутая. На столе остался темный круг чистого места, на фоне толстого слоя пыли. В тот самый миг звук прекратился. Ежик замер на месте, считая удары своего сердца…
“Я становлюсь слишком чуствительным” – подумал он, и резко дернул на себя ручку двери. Со скрипом старых петель дверь открыла его взору кухню. Внутри никого небыло, только груды старых пыльных банок и кухонных пренадлежностей, которыми давно уже никто не пользовался, как бы недоумевая звякнули на полках. Чтобы окончательно убедится, что все это ему показалось, Ежик шагнул в темноту, инстинктивно вытянув вперед сжатую в руке бутылку…
Посуда на полках поблескивала в лунном свете, пробивавшемся через треснутое оконное стекло. Все выглядело точно так же, как и вчера, как и месяц назад.
“Мне просто не помешало бы хорошо выспаться” – с этой мыслью Ежик повернулся к двери, и оцепенел…
Прямо перед ним, стоял Медвежонок, и смотрел на него пустыми, широко открытыми глазами.
“Что ты здесь… Медвежонок, я думал ты…” – слова застревали в горле, Ежик чувствовал свое нервное сердцебиение всем телом, оно уже невыносимо давило на виски. Он бросил взгляд на грудь Медвежонка, с ней было все в порядке. “Неужели приснилось?..” – подумал Ежик, изумленно смотря на Медвежонка, который за это время не проронил ни слова, продолжая пристально смотреть на Ежика.
“Где ты был? Всмысле… Что ты здесь делаешь?.. Зачем… Почему ты молчишь?! Это не смешно!” – последние события в паре с недостатком сна начинали уже нервировать Ежика. Он уже сомневался в реальности всего происходящего, пытаясь разобраться в своих беспорядочных мыслях.
Из забвения его вывел голос Медвежонка, необычно звучавшего в полумраке кухни, и звоном отбивающегося от банок и бутылок, стоящих на полках. “Где ты был?… Я тебя ждал… Почему ты не пришел?” – Он все так же пристально смотрел на Ежика, как будто хотел загипнотизировать его своими словами . “Мы должны были пить чай… Ты не пришел… Я тебя ждал… Не пришел…”
Прежде чем Ежик успел осознать смысл сказанного, Медвеженок резко развернулся, и быстро направился в сторону выхода . “Пошли”.
Ежик еще мгновение стоял на месте как вкопаный, пытаясь понять все происходящее. “Подожди! Куда пошли?” – бросился он за Медвеженком, кинув бутылку в сторону, которую все это время сжимал во вспотевшей от нервов руке.
Выбежав из дома, Ежик увидел, что Медвежонок стоит на краю леса, который к этому времени был уже весь окутан тем странным зловещим туманом. “Пошли” – услышал он голос Медвежонка.
“Да куда, черт возьми, куда?!” – Ежик бежал за Медвежонком, и хотя тот и шел, Ежик все равно не успевал за ним . “Подожди ты, куда ты?!”. Все это уже начинало злить его. Он вбежал в лес, погрузившись в мерзкий туман, который тут же наполнил ноздри, и начал колоть легкие. Ежик закашлялся, от части от этой зеленой дряни, от части от быстрого бега . “Длинноногий, косолапый, блин, у меня то ноги покороче”. “Подожди ты!” – выкрикнул он Медвежонку, и тут же на ходу согнулся в приступе кашля. Медвежонок мелькал где-то впереди, время от времени скрываясь за деревьями, затем вновь выныривая из зеленоватого тумана, и иногда бросая назад Ежику глухое “пошли”.
Тут Ежик почувствовал острую боль в правом боку, и резко остановившись, опустился на землю, от которой веяло сырой прохладой. Из рваной раны на бедре стекала струйка теплой крови, и капая, впитывалась в черную землю. Обернувшись, он увидел на торчащей острой переломанной ветке клочок своей шерсти. “Чертова коряга” – подумал он, прижимая руку к ране. Бросив взгляд вперед, Ежик понял, что потерял Медвежонка.
Поднявшись с земли, и проклиная все на свете, и себя, за то что не остался дома дальше спать, он, уже не спеша, побрел в ту сторону, где, предположительно скрылся Медвежонок. Боль в бедре усиливалась, и Ежику становилось труднее ити. Днем за ним, где он шел, можно было бы различить дорожку из капель крови на земле, но сейчас была глубокая ночь, а еще этот гнилой туман, так что Ежик с трудом различал где он находится. “Отлично, второй раз за ночь потеряться… Просто отлично…”
Через несколько сотен метров Ежик вышел на поляну, на которой стоял дом. Этот дом он узнал сразу . дом Медвежонка… Забыв про боль в бедре, Ежик направился к дому, время от времени окликая Медвежонка. “Куда он опять пропал?” – Ежик поднялся на крыльцо, и дернул на себя входную дверь, оставив на ручке кровавый отпечаток руки. В нос тут же ударил знакомый зловонный запах. Ежик поморщился, и двинулся в глубь дома. Тут он увидел то, что уже видел этой ночью, но на этот раз увиденное поразило его на столько, что он так и остановился, не в силах сделать ни одного движения, и оторвать взгляд от этого… Он просто смотрел, широко открыв глаза, чувствуя, как в легких кончается воздух, но не мог вдохнуть.
Перед ним предстала знакомая ужасающая картина: Медвежонок сидел напротив окна в старом кресле со сжатым в руке окровавленным, уже потемневшим сердцем, и разодранной грудью…
В этот миг Ежика объял невыносимый страх. Такого страха он еще не испытывал за всю свою жизнь. Тело напряглось до боли в конечностях, пульс бил по вискам невыносимо громко а во рту пересохло настолько, что мерзкая вонь казалось хлопьями ложится на язык…
Ежик сорвался с места, и бросился вон из дома, бегом, в лес, куда смотрели глаза. Он не знал куда бежит, но ему было все равно, страх завладел им на столько, что он не видел ничего вокруг. Ветки деревьев хлестали по лицу, торчащие острые корни раздирали плоть, как будто сам лес хотел его остановить. От этого страха он не видел и того, что зловонный зеленоватый туман начал сгущаться вокруг него. Через мгновенье он был уже настолько густой, что казалось обрел плотность. Минуту спустя над лесом разнесся дикий, душераздирающий вопль…

К утру туман начал рассеиваться. Солнце еще не появилось, но в предрассветной мгле уже можно было различить лежащий на земле силуэт… Ежик лежал на спине с искаженным ужасом лицом. Из разодранной груди сочилась кровь, впитываясь во влажную землю… Рядом, на земле, лежало еще теплое сердце…

Понравилось? Поделись с друзьями!

Похожие новости:




Оставить комментарий